***

будет пить, но немного - не даст себе опьянеть
будет плакать, как трезвый: отстраненно и скупо.
а небо над ним будто бы сделается еще темней
выгнется выше и звезды развесит под самый купол

он упрямо будет сидеть, вглядываясь в глухую тьму
не встанет, не пойдет к телефону, не включит света
и так одиноко, так неприкаянно сделается ему
так захочет ну хоть бы кому пожаловаться на это

потому к телефону и не пойдет, и смысла в том нет
если некому позвонить и нет надежды на помощь
когда небо выше, и звезды ярче, а ночь все равно темней
и не такое дело, чтобы звать друзей и знакомых

а просто звезды - не те - над головой
а просто сам не знаешь, зачем ты живой
и за что обречен и кем - терпеть эту муку

и тьма не в прок, и не в помощь свет
держись не держись - тебя уже нет
но все твердишь, как навязчивый бред:
дай. руку.

...

за год до конца света женщины много рожали
как будто души толпились с вещами на выход
успеть состояться, пока все не кончилось
поневоле задумаешься, что такого в самом факте
даже не рождения - зачатия
что за ним ломятся, как замуж в загс за штампом
что такого, что рвутся наружу в этот
такой неустроенный такой опасный
неужели единственный мир
может быть, вы думаете, что я преувеличиваю
ну, как сказать, возможно, вы правы
я не видел кучи-малы у выхода - или входа
с какой стороны посмотреть
я и самого-то выхода-входа не видел
и всё, что есть у меня - маленький почти невесомый опыт
в чужой расстановке - знаете, есть такие
практики для наведения порядка в себе
в чужой расстановке я был нерожденным братом
не ко времени рванувшейся в мир душой
я сидел у ног моих как бы родителей,
отказавших мне в дальнейшем,
и обливался благодарностью,
как сосуд - через край, и захлебнуться
и не вместить в себя - и через край,
через край потоками потому что
это было невероятно важно:
то, что я успел побыть воплощенным
побыть существом
в три сантиметра длиной -
уже неотменимо существовавшим
нестираемо отмеченным в запредельных реестрах:
я был

Мак-Грегор в Муми-кафе

Итак, слушайте и не говорите, что не слышали.
Вот есть кафе: mumicafe.ru
Вот есть я.
Вот завтра пятница - и с неизбежностью наступит 20.00
И в это время я начну читать вслух историю про Мак-Грегора и его овечку, и словечко за словечком, всё, как записано в книжке, да еще и с голосом, дыханием, интонациями, жестами рук - всё, как я умею, ну, вы знаете.
Вход в принципе свободный - только, может быть, имеет смысл зарезервировать столик, если хотите быть ближе к сказке. Потому что пятница вечер - и кафе в центре - и как оно бывает.
А потом я еще почитаю стихов.
Приходите.
Полетаем, как всегда.

(no subject)

Никого не проси смотреть твои сны
этот скарб - на чужие ли плечи?
ты сказал себе - доживи до весны
о большем не было речи
издалека и не разберешь
чем ко двору не пришелся
то ли слишком плох, то ли слишком хорош
а не был ни сталью, ни шелком
общая память дает родство
какого ничто не разломит
но -
не проси своих снов ни у кого
кому их и видеть кроме?
кому решать, где положен предел
темен твой путь или светел
делал что мог - или что хотел
и перед кем в ответе
что правда, что ложь, что так на так
и если не ты - то кто бы?
это только твой неразменный пятак
и не проси их чтобы
за тебя смотрели страшные сны
у них и своих до неба
ты просил немного - дожить до весны
а потом ничего и не было

Подробности воспоследуют

12 окт. - Мск, Муми-кафе, 20.00 - "Центр Вселенной. Руководство по изготовлению" в программе: Мак-Грегор строит невозможный мост для своей любимой + стихи.
20 окт. - Киев, где и во сколько - позже будет. Стихи, а там как пойдет.

Жду вас.

(no subject)

верить в то, чего хочешь и ждешь,
не составляет труда
в то, например, что ищущий
непременно обрящет
и ты снова рассказываешь
о том,
чего нет и не было никогда
в надежде,
что так оно станет
чуть более настоящим
я мог бы утешить тебя
сказкой
примерно такой же
что все, чем ты жив,
в тебе -
и где-то в мире живет
что можно в него упираться ступнями
тереться кожей
как лед прижимать ко лбу
как грелку класть на живот
а ты уже взрослый
ты понимаешь:
этому не бывать
потому что так не бывает -
значит, не было и не будет
но тем важней и насущней -
описывать и называть
праздновать его праздники, соблюдать его будни
и за то, что поешь его песни, носишь его имена
ты готов извиняться,
принимая упрек с полуслова
и да:
между былью и вымыслом
незыблемая стена -
и это не имеет никакого значения.
никакого.

***

привези мне оттуда камешек
пылинку былинку царапинку
на тыльной стороне ладони
не насовсем просто потрогать

воздуха глоточек в аптечном пузырьке
под резиновой пробкой - на один
короткий судорожный вздох
и в долгом удушье хранить
не перебить его здешним

привези отпечатки солнца
на лбу и на скулах
кисти рук обожженные
как глина в печи негасимой
разреши прикоснуться

пыль на подошве
камешек
засохшей травинки вмятинку
между страниц

предмет

всё остальное
дотянется издалека вопьется в сердце
само